19 Dec 20:58 avatar

Третья столица России

Стрелка
Известно, что в России столиц несколько. По крайней мере, всем известны две: Москва и Санкт-Петербург. А вот о третьей столице России часто забывают. Тем более обидно, если это делают те, кому довелось в ней жить, то есть мы с вами, ярославцы.

О том, что такое провинция и столица сегодня и почему Ярославль по праву считают третьей столицей России.
В нашем городе регулярно проходит фестиваль духовной музыки и колокольного искусства «Преображение». Ему присвоили имя московского дирижера Е. Колобова. Почему Колобова, а не Оловянишникова, не Вахрамеева? Не тех крупнейших собственно ярославских купцов, которые были связаны с производством колоколов и утверждением колокольной традиции в Ярославле трех – XVIII, XIX и XX – столетий? Почему присваивается имя замечательного москвича и замалчиваются имена и заслуги наших земляков и современников — Н.С. Каровской, В.Е. Дегтярева, М.А. Аннамамедова – тех, кто на самом деле стоит у истоков этого фестиваля? Вот это образец провинциальности. Провинциальность – это не просто заниженная шкала ценностей («мы хуже вас»). Это отсутствие шкалы ценностей, неумение понимать и ценить «свое» в общей национальной, мировой системе. «Наше» для нас хорошо, только если «нашим» быть перестает (меняет «географию» или уходит из жизни). И тогда возникает необходимость присвоения не-нашего, как это и происходит сейчас в случае с фестивалем «Преображение». Провинциальность – это неблагодарная уверенность в том, что корней не было, сразу – плоды.

Русская в частности ярославская провинциальность на фоне глобализации превращается в ментальную черту. Это нежелание, неумение и неготовность ценить, любить и уважать себя.

Кроме того, для провинциального мироощущения характерно особое ощущение времени, замедленный, по сравнению со столичным, темп жизни. Меньшее, чем в столице, умение загадывать, планировать и добиваться запланированного в определенные сроки. В провинции кажется, что времени очень много: за полчаса нужно дойти всего лишь до соседнего квартала. В представлении же столичного жителя за полчаса надо успеть добраться до другого конца города, встретиться с пятью людьми и решить десять вопросов.

Или, например, в провинции, по крайней мере, в России всегда было стыдно делать карьеру. Это неправильно. Ведь карьера – это не наличие чинов, а наличие перспективы, которую человек для себя намечает как необходимую. И если человек намечает себе в качестве перспективы пройти путь с определенными людьми и с определенной целью в итоге этого пути и готов прилагать максимум усилий для того, чтобы достичь цели, то он по самоощущению не провинциал. Реализации такого жизненного плана ярославцам, как и другим провинциалам, зачастую мешает также глубоко присущий именно провинциальному мироощущению страх перед переменами: сменой работы, сменой квартиры, сменой круга общения.
Это те черты провинциального мироощущения, которые для динамичного развития Ярославля в следующем тысячелетии его истории ярославцам хорошо бы преодолеть. Тем более это касается ярославцев, находящихся у власти. Потому что самым опасным проявлением провинциальности в России всегда была провинциальность мироощущения чиновников.

В позитивном смысле статус провинциала – это статус самодостаточного человека. Это статус человека, убежденного в том, что он живет так, как он хочет. Не там, где он хочет, а так, как он хочет. Истинным по духу столичным жителем был отец Борис Старк. И не только тогда, когда служил на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа в Париже, а тогда, когда выбрал для своего духовного служения и жительства Ярославль. Человек, способный выбирать, по своей жизненной установке – это уже не провинциал.

Провинциализм Ярославлю навязывается извне. Ибо жители самого Ярославля, как коренные, так и приехавшие в этот город и полюбившие его, так же как и жители Рыбинска, Ростова, Углича – это люди, которые преданы своему городу и гордятся им. Но если человек испытывает неловкость по поводу своего места жительства, если он, представляясь кому-то постороннему, говорит: «Я, извините, из Ярославля», то это уже личные проблемы этого человека, а не города.

Статус столичного города в современной России определяется по одному критерию — можно здесь решать серьезные деловые, творческие, нравственные вопросы или нельзя. Если в городе можно это делать, значит, здесь отсутствует дух провинциальности как негативное явление.

Если есть вечная оглядка на то, что и как здесь же, на соседней улице, в соседнем кабинете, скажут о твоем решении, — то это самый настоящий провинциализм в своем негативном значении.

В Ярославле все-таки можно реализовать серьезные деловые и творческие проекты. По крайней мере, известны точные данные социологов, которые фиксируют сегодня более высокий качественный, интеллектуальный, организационный уровень работы российских провинциальных учреждений и коллективов по сравнению со столичными.
Как это ни парадоксально, но по ряду параметров признанные столицы, Москва и Санкт-Петербург, сегодня утрачивают свои лидирующие позиции.

В провинции научная жизнь сейчас действительно более интенсивна. Провинция сегодня поневоле оказывается оперативнее и деятельнее столиц. При этом происходит закономерная смена традиционных смысловых полюсов — инертной провинции и активной столицы.

Если брать за основу данный критерий определения столичного статуса города, то Ярославль – город столичный. Однако известно, что у Ярославля есть исторически обусловленное право называться столицей России.
Ярославль из многих своих заслуг в истории России пока не сумел извлечь пользу и не сумел сделать «брэндом» один пусть краткий, но очень значимый исторический эпизод. Тем не менее, зря забывают о совершенно особом положении нашего города среди других городов России. В разные периоды истории России (не княжеств русских, а именно страны) ее столицами были только три города: Москва, Петербург-Петроград-Ленинград и Ярославль. Причем важно помнить и не грех гордиться тем, что город в роковой, трагический период нашей истории сам взял на себя функцию столицы. Не было никаких декретов и указаний свыше. Именно в Ярославле сосредоточились духовные силы, было собрано ополчение, и это ополчение из нашего (!) города двинулось спасать Россию.

«Третья столица России» – это нераскрученный «брэнд» нашего города.

А если бы власти и общественность города объединились в преддверии юбилея и приложили бы усилия для того, чтобы этот «брэнд» раскрутить, статус празднеств по поводу 1000-летия Ярославля стал бы не меньшим, а как минимум равным статусу торжеств по поводу 300-летия Санкт-Петербурга.

Многие люди, попадающие в Ярославль впервые или возращающиеся в него после большого перерыва, говорят об удивительной ауре Ярославля. О том, что это светлый, приятный город. Разумеется, во многом такой образ города создается благодаря сохранившимся в нем церквам. Золотые кресты всегда не только освящали, но и освещали наш малосолнечный город. А вот в решениях фасадов современных зданий Ярославля почему-то преобладают исключительно холодные, серо-голубые, «свинцовые» цвета, что способствует насаждению депрессивного состояния у ярославцев. Мрачным с визуальной точки зрения будущее города видеть не хотелось бы.

У любого жителя Ярославля, много вопросов вызывает градостроительная политика властей города. Когда-то обратила внимание на то, что пол в таких торговых центрах, как «Петровский пассаж» или «Новая галерея», безупречно чист даже в самую грязную пору. И вовсе не потому, что его так часто моют, а потому, что там практически не бывает покупателей. Это же пустующие здания в центре города! Логика отсутствует и в решении о снятии трамвайной линии на улице Большая Октябрьская, большую часть жителей которой составляют пенсионеры и бюджетники. Они нуждаются в доступном, дешевом, стабильном транспорте, который не зависит от заносов снега, от топлива, в который можно, извините, взобраться и в котором, как это ни парадоксально, можно пообщаться. «Братская могила» бюджетных и внебюджетных денег – автостоянка перед стадионом «Шинник». Городу эта автостоянка в этом месте явно не нужна.

Градостроительная задача решена в ущерб жителям города. По странному – глубоко провинциальному — пути развивается и жилищное строительство в центре города. В центре впритык друг к другу строятся малоэтажные псевдоэлитные дома, рассчитанные на заселение 3-5, максимум 8 семьями, и весь цокольный этаж зданий занимается под гаражи, и значит, в эти дома заселяются семьи, имеющие 1-2 и более машин. А если это так, то значит для них не вопрос, жить в центре города или в экологически чистом, тихом, удаленном от центра районе. Так живет весь цивилизованный мир, в котором престижное жилье строится за городом.

Внимание бизнеса к провинции в современной России имеет два вектора. Один –хищнический, другой – патриотический. Хищническое внимание заключается в том, что, как только какое-то производство или какая-то сфера начинает развиваться, принося или менее стабильные прибыли, моментально возникает интерес извне. В свое время очень горькие верные вещи по этому поводу говорил на заседании совета по самоуправлению в мэрии известный в городе экономист В.В. Тамаров. Важнее говорить о патриотическом аспекте бизнеса, который сейчас набирает силу. Они ходят (или ездят) по улицам своего города и испытывают неловкость за то дурное, что видят, и хотят внести свой вклад в то доброе, за созидание и утверждение которого их имена будут вспоминать потомки. Это люди, которые ориентированы на то, что В. Маяковский в своем известном стихотворении назвал «долгими делами»: строительство жилых домов, образование и досуг молодежи, забота о пенсионерах. Очень мудро и во всех отношениях полезно поступил, например, известный российский бизнесмен В. Потанин, учредив стипендии студентам и молодым преподавателям в регионах.

Потанин вкладывает, насколько мне известно, не очень большие деньги в интеллектуальный ресурс России, но делает это на виду у всей страны. С одной стороны, бизнес всегда «приручал» талантливых молодых людей, и от этого только выигрывал. К сожалению, в России, в отличие от Запада да и Востока, сегодня это еще очень мало развито. С другой стороны, бизнес, рассчитанный не на год и не на два, всегда был озабочен выработкой своего позитивного имиджа в обществе. Следовательно, позитивный опыт ярославских бизнесменов, ярославских банкиров вписывается в эту патриотическую тенденцию. Ему, опыту деятельных и умных провинциалов, пока недостает только системности.

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.