19 Feb 20:09 avatar

История Комсомольской улицы (вывш. Большая линия)

Комсомольская улица

Территория от Спасского монастыря вдоль укреплений бывшего земляного города была освоена уже в XIII-XIV веке в связи с заселением посада и выходом поселений за пределы земляных укреплений. К этому времени данная территория являлась связующей между Волгой и Которослью, а в результате роста ремесла и торговли, превращения Ярославля в крупный торговый центр, в том числе и в торговле с Западной Европой, особое значение приобретает торговый путь Москва-Ярославль-Вологда-Архангельск. В Ярославле часть этой дороги проходила за земляным валом и рвом, за пределами земляного города, и потому называлась Вологодской.

Становление одной из главных дорог Ярославля на Вологду в основном завершилось к XVII столетию. Она мостилась деревом. Слева от нее располагалось большое количество различных постоялых домов. Традиционно это была дешевая гостиница с комплексом жилых и хозяйственных построек для временного проживания или краткой остановки путников вместе с повозками. Постоялый двор состоял из дома с комнатами для приезжих, кухни, буфета, иногда общим залом, а также конюшен, амбаров, сеновалов, колодцев. Здесь постояльцам предоставлялось питание и ночлег, а животным — фураж и водопой. Жилые комнаты, как правило, были разного комфорта, а потому и цены на них существенно колебались, но приносили стабильный доход владельцам.

Дорога проходила через современный створ улицы Большая Октябрьская мимо церкви Святого Власия (сейчас на этом месте угловое здание, бывшая гостиница Ярославль), вдоль современной улицы Ушинского до красного спуска (бывший Семеновский взвоз). Постоялые дворы занимали территорию современного торгового центра Старый город. Через них проходили сложившиеся к этому времени слободские улицы. Такой, например, была Никитская (современная Салтыкова-Щедрина), доходившая до стен земляного города.
Это время — XVII век — заслуженно считается «золотым» веком Ярославля.

Самых богатых купцов из провинции приглашали в столицу в гости. Так, например, только в начале XVI века было приглашено в Москву из Ярославля 6 человек. Но даже находясь вдали от родины, ярославские купцы не думали порывать с городом связи. Среди них был Григорий Никитников. Городской голова и, пожалуй, самый авторитетный человек в городе в период смуты. Он был жестоко наказан князем Пожарским — закован «в железа» и посажен в острог за нежелание дать «пятую деньгу» на ополчение. Дело в том, что еще на этапе формирования ополчения в Нижнем Новгороде он уже пожертвовал 500 рублей. Сумма для тех лет немалая, но, конечно же, не составлявшая 1/5 часть всего его имущества. Только после того, как купец понял, что будет наказан, невзирая на авторитет и состояние, он отдал на нужды Ярославского земского ополчения все, что необходимо и был отпущен. Это не осталось незамеченным новым царем Михаилом Романовым, который пригласил его в Москву. Тем не менее, Никитников продолжал владеть в Ярославле более 20 лавками и другими торговыми заведениями, хотя в это время он уже вел крупную торговлю в Европейской части России, а также Сибири, Средней Азии, Персии. Основу его богатства составляла торговля пушниной. Кроме этого, он строил различного типа суда для перевозки хлеба, соли и других товаров, в том числе изготовленных на территории нашего края.

Гостиный двор на улице Большая линия
После 1614 года, когда ему было пожаловано звание «гостя», он с 30-х годов XVII века активно вкладывает свои деньги в солеварение. Только в Соликамском уезде ему принадлежало более 30 солеварниц, где работало свыше 600 человек.

Свои ряды для продажи соли он имел во многих городах — Вологде, Казани, Нижнем Новгороде, Коломне, Астрахани, Москве и Ярославле. Здесь он владел обширным двором, принадлежавшим еще его предкам. Эта усадьба со временем стала превращаться в один из торговых центров города, куда доставлялись и продавались товары из всех мест, с которыми он торговал. Двор купца находился неподалеку от Спасского монастыря. На своей земле Никитников поставил деревянную церковь Рождества Богородицы. Рядом с Богородицкой и Угличской башнями монастыря находилось ярославское торжище — рынок, а на берегу Которосли были расположены его большие соляные и рыбные амбары.

Американский мост
В конце XVII века оформился новый въезд в город с западной стороны Спасского монастыря. Дорога проходила через слободу Тропино (современная Николо-Тропинская церковь) и через «застенок» — территории между земляными укреплениями Ярославля в районе Михайловской — Угличской башен монастыря, к медведицкому оврагу. Впоследствии она стала называться московской дорогой и послужила началу создания Богоявленской площади.

Застройка этой территории велась хаотично, улицы были кривыми, узкими и немощеными. Дома горожан, особенно зажиточных, выходили на проезжую часть не фасадами, а воротами и обязательно крепкими заборами. Они чередовались со скученными постройками простых обывателей. Дома богатых жителей, в том числе владельцев постоялых дворов, были обнесены высокими заборами из острого тына. Главные ворота, как правило, были вычурной работы.

Дома и постройки рубились из толстых сосновых бревен. Стояли они на деревянных, иногда каменных подклетях и достигали в высоту двух-трех этажей. По мере необходимости пристраивались и другие помещения, иногда соединенные галереями или переходами. Верхние помещения в домах назывались горницами (от горний — высокий). Помещения с хорошим освещением из окон звались светлицами, но были комнаты и без окон — повалуши, спальни, сонники. Рамы и «окончены» часто имели деревянный или из тонкого железа переплет, куда вставлялись пластинки слюды. Стекло было большой редкостью, хотя в XVII веке ярославцы иногда вставляли и цветные стеклышки. Наличники окон расписывались изображениями птиц, цветов, украшались деревянной резьбой.

Улица Большая линия и Гостиный двор
В постоялых дворах полы в хороших комнатах настилались «штучно», а стены обивались тесом. В домах традиционно сооружались большие печи, иногда причудливых форм с карнизами — колонками, нишами — печурками и облицовывались изразцами. Зеркала у ярославцев считались иноземным соблазном, а потому были греховными, да и стоили они очень дорого. В темное время комнаты освещались восковыми свечами или жирниками (ложками с жиром и фитилем) и лучинами в светцах (железные держатели). Для сидения использовались лавки и скамейки, иногда стулья, которые в это время начинают появляться как нововведение. Пищу принимали за «столами дубовыми», за «скатертями браными». Ели очень много. Преобладала обильная тяжелая пища. Пили квас, мед, пиво, всякого рода водку, вина фряжские. Сервировка стала состояла из деревянной и глиняной, иногда оловянной посуды.

Внутри города, особенно в загородье, располагались небольшие «заводы», представлявшие собой ремесленные мастерские по производству клея, кож, сала. В жаркое время года их испарения делали воздух невыносимым». К уличной грязи добавлялся шум и гомон пьяных людей. Это было вызвано тем, что торговое движение требовало большое количество различного работного люда: грузчиков, бурлаков, извозчиков, а целовальники кабаков, в силу своей присяги, стремились к возможно большей продаже «питей», громко зазывая посетителей. Поэтому здесь часты были толпы пьяного рабочего народа, с песнями, руганью, драками, несмотря на поучения церкви, царские запрещения дурного поведения, кнут и батоги.
После очередного пожара, уничтожившего все находившиеся здесь деревянные строения, площадь значительно преобразилась, когда в 1850 годах ярославский купец-миллионер, «король железа» А. М. Пастухов построил один из крупнейших частных домов в Ярославле.

Это здание перекрыло бывшую улицу, приблизив ее к уже отстроенным к тому времени корпусам гостиного двора. Размещение в столь выгодном месте сразу же сделало дом очень заметным городским явлением. Не случайно поэтому единственная городская и губернская газета того времени «Ярославские губернские ведомости» в своей неофициальной части восторженно писала: «Там, где до пожара стояло до десятка, если не более, домов, теперь стоит один, небывалый в Ярославле. Исполинского роста, он гордо выступает флангами на две улицы, занимает чуть ли не целый квартал и тенью покрывает половину площади. Это дом коммерции советника и кавалера А. М. Пастухова». В газете также подчеркивалось, что «тот дом стал вполне достойным соседом Гостиного двора». Для провинциального Ярославля середины XIX века такие восторженные слова были вполне объяснимы. Подобные дома тогда казались исполинами среди сравнительно небольших строений, находившихся по соседству.

Первый этаж огромного дома Пастуховы заняли магазином железоскобяных изделий производства своих металлургических заводов, расположенных на Урале, Каме, в Ростове на-Дону и других местах. На верхних этажах размещалась гостиница. Именно в ней останавливался Н. А. Некрасов, для которого постоянно бронировался № 1, как самый лучший в гостинице.
Боковыми фасадами дом Пастухова выходит на «пробитую» в соответствии с регулярным планом улицу Большая Рождественская (современная Большая Октябрьская) и на большую линию постоялых дворов (современная Комсомольская), как она называлась до начала XX века.

Вид на Гостиный двор
Ярославские губернские ведомости отмечали в 1856 году: «В последнее время вся так называемая Большая линия, от угла до угла, каменная, сплошная, без переулков, и почти вся трехэтажная, испестрилась двухсаженными вывесками с аршинными золотыми буквами, которые извещают о поселившихся тут магазинах различного содержания, мастерских и гостиницах.
Большую линию можно было бы назвать Кузнецким мостом Ярославля, если бы на ней рядом с модными галантерейными и другими магазинами не помещались постоялые дворы». Легко понять автора этой корреспонденции в его преувеличении как размаха строительства, так и производимого впечатления. Очевидно, что улица совсем не так велика, поэтому и построено было всего лишь несколько домов. Ясно другое, что улица эта действительно радикально преобразилась, оформив собою один из центральных кварталов. Постоялые дворы теперь уже не располагались «по красной линии», как прежде, а были «спрятаны» внутри квартала. Но доступ к ним по-прежнему был весьма легким — через арки, которые, кстати, сохранились и до настоящего времени.

В начале XX в. Большая линия по-прежнему сохраняла свое важное торгово-коммерческое значение. Она была популярна не только среди жителей, но и среди гостей города. Характерен такой факт: многие путеводители как региональные, например, «Наш Север», так и местные, неоднократно отмечали шум, грязь и недостаточный уровень сферы услуг трактирных домов и гостиниц. Прежде всего, речь шла о ресторане с гостиницей «Берлин» и трактире мещанина Корытова. Также в путеводителях особо подчеркивался широкий выбор товаров и услуг, предоставляемых магазинами, расположенными на Большой линии.

Однако подчеркивалось, что в Ярославле часть товаров, особенно «туземного» или местного производства, имеет весьма завышенные цены. Читателей предупреждали, что им могут продать товар по высокой цене, а иногда и явно низкого качества (например, прямо говорилось о гнилом товаре). Поэтому потенциальные покупатели наших ярославских магазинов обращались в Кострому и Плес за полотняным товаром, а в село Красное — за изделиями из серебра и золота.

Вологодская улица
В начале XX в. первые дома этой улицы подверглись явной перестройке. В их числе — дом № 3, который был построен еще в начале XIX в. князем Салтыковым, а потом выкуплен у него бывшим крепостным, впоследствии купцом Соболевым. В это время принято решение о возведении дополнительного третьего этажа, что значительно ухудшило архитектурное восприятие дома. Он был передан в ведение местного банка, но его подвалы по-прежнему служили «базой купца Соболева», одного из крупнейших виноторговцев Российской империи.

Дом № 5 также претерпел значительные изменения. В 1912 году он был существенно перестроен и приобрел новый, совершенно непохожий на первоначальный, вид. Ранее он выглядел как восточная часть Гостиного двора, расположенного по улице Первомайской. В 1900 году в Ярославле открылось трамвайное движение, одна из линий которого проходила и по Большой линии. Это сделало более доступными магазины, расположенные на улице, так как сюда могли уже добраться жители далеких для того времени окраин — с Большой Московской улицы, с Корзинкинской мануфактуры (ныне Красный перекоп), Всполья и Волжской набережной.

Улица Большая линия
Дом № 6 на Комсомольской улице, расположенный на правой стороне, обращает на себя внимание каждого пешехода, он выделяется стеклянными эркерами, поэтому в обиходе его зовут «стеклянный дом». Он был построен в начале века ярославским купцом-миллионщиком Д.А. Карпычевым. Вместе с Пастуховыми они являлись одними из крупнейших торговцев железными изделиями не только Ярославля, но и всей России. В этом здании у купца находилась контора. Сами же предприятия располагались как в Ярославской губернии, так и за ее пределами. По семейному преданию, когда в 1861 году Дмитрию Александровичу исполнилось 10 лет, при освобождении от крепостной зависимости барин подарил ему золотой рубль, который к 1917 году, благодаря прекрасным организаторским способностям, превратился в миллионы.

Основной доходной частью Д.А. Карпычева была так называемая рассеянная мануфактура, базировавшаяся на традиционном для бурмакинских крестьян железоделательном промысле. Более половины всех кустарей бурмакинской волости работали на него. За это он снабжал их железом, обеспечивал прочий «сервис». В частности, весьма распространенным явлением в то время стал товарный обмен. Поэтому в волости имелось несколько лавок, где в обмен на сданный железный товар приобретались предметы повседневного спроса. Здесь верили на слово, поэтому товар отпускался в долг, а для постоянных поставщиков железных изделий еще летом давались товары в счет зимней отработки. В 1901 году только в Бурмакино, не считая волости, было 46 кузнец и около 100 кузнецов, что делает понятным происхождение капиталов Д.И. Карпычева. Железный и медный товар из волости шел через Дмитрия Александровича в Москву, Петербург, Ригу, Сибирь. Он завел тесные связи с тульскими мастерами, которые также поставляли ему свои изделия. Но главным источником его дохода необходимо считать государственный заказ на «металлические приборы» для артиллерийской и кавалерийской упряжи, на балки, рельсы — что являлось исключительно выгодным в условиях мощного железнодорожного строительства в империи. Здесь хотелось бы напомнить нашим читателям, что на изделия Бурмакинских кузнецов обратил свое внимание еще Петр I, с именем которого стал ассоциироваться постоянный государственный заказ на изготовление металлической фурнитуры для конской упряжи вплоть до 1950-х годов, когда в уже Советской армии произошло резкое сокращение кавалерийских войск.

Ул. Большая линия
В 1912 году Бельгийское акционерное общество — владелец трамваев, предложило соединить Власьевскую улицу (совр. ул. Свободы) через Знаменскую башню с Екатерининской улицей (совр. ул. Андропова). Подобное решение предполагало пустить трамвайную ветку под Знаменскую башню, которая, как известно, достаточно узка в своем проходе, и потому возник вопрос — сохранить ли пешеходный проход, или же отдать его для трамвайного движения. Совмещения здесь быть не могло, так как в случай нахождения пешехода в проходе Знаменской башни одновременно с трамваем мог закончиться трагически, конечно же, для пешехода. К счастью, реализации этого плана помешали события начавшейся Первой мировой войны, которая надолго отложила решение этого и подобных ему вопросов.

Улица большая линия после восстания 1918 года
События лета 1918 года в Ярославле в современной интерпретации называемые Ярославским восстанием нанесли непоправимый ущерб центру города и в частности зданиям, расположенным на улице Большая линия. В гостинице Пастухова (совр. Главпочтамт) первоначально располагался штаб восставших. Именно в этом направлении и велась основная «артиллерийская работа» красных батарей, расположенных в том числе и на Туговой горе, что позволяло бить прямой наводкой по центру города. Наиболее серьезные разрушения оказались в южном крыле Гостиного двора, примыкавшего к гостинице Пастухова. Один вид этих развалин вызывал чувство значительной утраты одного из лучших памятников архитектуры Ярославля начала XIX века.

Ввиду невозможности восстановления территория, занимаемая бывшим гостиным двором, была расчищена, на ней построили одно из первых в стране зданий Государственного банка.
Первое советское здание Государственного банка было спроектировано в 1928-29 г.г. под руководством губернского архитектора И.И. Князева, при участии архитектора Г.В. Саренко, который строил еще в дореволюционном Ярославле. Контроль со стороны Москвы осуществлялся Г.П. Гольцем.

Вид Государственного банка прочно ассоциируется с монументальностью, надежностью, респектабельностью и даже вечностью. Практически он представляет собой целый комплекс. В его структуре предполагался не только банк со всеми необходимыми технологическими и вспомогательными помещениями, куда входил буфет (или чайная, как принято было тогда именовать подобные объекты), помещение для работы с обязательными комнатами для заседания месткома — профсоюзного комитета. Последнее было необходимым условием для многих административных зданий, так как в то время профсоюзы должны были восприниматься как школа коммунизма, которую должны пройти все работники страны Советов.

Для более успешного руководства и функционирования банка был предусмотрен жилой комплекс, который пристраивался с южной стороны и выходил на Богоявленскую площадь. Это было двухэтажное здание. На его первом этаже предполагались четыре квартиры по 30 кв.м каждая для технических служащих. Эти квартиры имели общую прихожую на две квартиры (по обе стороны центральной лестницы) и каждая кухню-столовую и жилую комнату, примерно одинаковые по площади. Пол был деревянным. Квартиры второго этажа, а их предполагалось две — для руководства банка, находились по обе стороны от центральной лестницы, каждая из этих квартир равнялась по площади двум на первом этаже, что означало весьма существенный приоритет начальствующего состава банка над техническим. Здесь полы были паркетными. Выход из жилого корпуса предполагался через внутренний двор, то есть без самостоятельного выхода на Богоявленскую площадь.

Внутри комплекса банка был сформирован большой двор с каменными вспомогательными помещениями — сараем, каретником, русской кухней, где готовилась пища для жильцов дома, прачечной и шести отдельных сараек с погребами — по числу квартир. На свободной территории двора разбивались газоны с площадкой для тенниса. Там, где не было стен домов и хозяйственных построек, с внешней стороны участок двора ограждался железной оградой на бетонном цоколе и каменными столбами. Особенность этого комплекса была в том, что здесь в отсутствии общегородской канализации была оборудована биологическая станция очистки. Здание банка имело выразительный интерьер. Перегородки, отделяющие кабинеты от коридоров и операционного зала были выполнены остекленными панелями. Внутренние стены и потолки высотой 3,6 метра были оформлены карнизами и филенками. В помещении банка были мозаичные полы из мраморной крошки с медными шлифованными перемычками.

В 1920-е годы Линия Социализма, так с апреля 1918 года стало называться бывшая ул. Большая линия, вновь стала одной из главных торгово-промышленных улиц Ярославля. Она являлась сосредоточием различных контор и учреждений, торгово-промышленных заведений, которые, как правило, располагались в Новом гостином дворе (дом №5) или по четной стороне улицы, в домах, которые меньше пострадали от артиллерийского обстрела в 1918 году.
В словарях, справочниках, касающихся Ярославля, эта улица встречается очень часто. Очень подробно расписана она в адресно-справочном указателе Северного края за 1926 год: Ярославское инженерное бюро Московского отделения электротехнического треста центрального района «ЭТЦР», Ярославское ремонтно-сборочное депо государственного треста «Госшвеймашина», Ярославский склад государственного треста резиновой промышленности «Резинотрест» и т.д.

По-прежнему, как и в дореволюционное время, она славилась продажей спиртных напитков, продолжая дело ярославских купцов Соболевых, которые снабжали все Поволжье дешевыми винами разных сортов, но из одной бочки. Это были Ярославское отделение государственного виноградно-винодельческого синдиката при Н.К.З (наркомат земледелия) «Винсиндикат», Ярославское управление Государственной спиртовой монополии «Госспирт», оптово-розничный магазин государственных подвалов вин ССР Армении, Дагестана, оптово-розничный магазин вин Московских государственных подвалов и т.д. Нетрудно догадаться, что большая их часть располагалась на базе бывшей «базы» купцов Соболевых, находившейся в глубоких подвалах его дома на этой улице.

Линия Социализма вместила в себя также и различные конторы кооперативов, имевших широкое распространение в то время. Это были Ярославский союз сельскохозяйственных и кредитных кооперативов, Ярославский губернский союз кустарно-промысловой кооперации («Кустпромсоюз»), Ярославский союз молочной кооперации, Первая кооперативня артель вязальщиков, Контора Ленинградского товарищества ответственного труда и т.д. Кооперативы не обходили своим вниманием и торговлю, в частности, пивом. Здесь, на этой улице, успешно функционировал пивной склад Костромского центрального рабочего кооператива «Северянин».

Здание ЦРК
Судя по этой и другим адресным книгам, все магазины писчебумажных и канцелярских товаров Ярославля были сосредоточены именно здесь, на Линии Социализма. Это магазин №36 ЦРК (Центрального рабочего кооператива), «Единение-сила», который был одним из крупнейших в СССР, магазин товарищества «Сотрудник», магазин «Волков В.С.» и др.
Большое распространение в Ярославле в этот период приобрела книготорговля, которая в основном была сосредоточена на Линии Социализма: магазин ярославского кооперативного объединения «Книгоноша», магазин «Вопросы труда», а в доме Б. Карпычева располагался главный книжный магазин Госиздата.

Не обошлось на ней и без предприятий швейной промышленности. Среди них — ремонтно-сборное депо Гостреста «Госшвеймашина». По всей вероятности, именно из него и возникло впоследствии швейное производство, располагавшееся во дворах вплоть до строительства ТК «Старый город».

Читая адресную книгу, создается впечатление, что вся банковская деятельность была сосредоточена только здесь, на бывшей Большой Линии. Это Ярославские отделения государственного банка, всероссийского кооперативного банка (Всекомбанк), Моссельбанк, Ярославский сельхозбанк и т.д.

Продолжая дореволюционную традицию, Линия Социализма изобиловала гостиницами. Так, в бывшем доме Полякова (угол свободы и Комсомольской) находилась гостиница №1 Губкоммунотдела. Рядом, в доме Карпычева — гостиница «Берлин», напротив современного здания банка — постоялый двор Мохова. Все это убедительно показывает, что в первые годы советской власти эта улица жила в прежнем, напряженном трудовом ритме, являясь одной из самых значимых по расположенным здесь учреждениям, организациям и структурам, улиц города.
Современная улица Комсомольская сохранила черты старой дореволюционной Большой Линии. Сравнительно недавно на нее вернулись «двухсаженные» вывески. По-прежнему здесь средоточие самых различных торговых заведений от продажи продуктов до самой современной техники. Присутствуют здесь так же и различные конторы, но расположены они, как правило, во дворах или на верхних этажах зданий.

Фотографии Комсомольской улицы

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.