24 Dec 11:54 avatar

Первые ярославские жилые дома в неоклассическом стиле

дом
В 1934 году в Москве был построен жилой дом на Моховой по проекту И.В.Жолтовского, который стал своеобразным манифестом, кредо дальнейшего развития архитектуры; ясной и бескомпромиссной программой, ориентированной на чистоту освоения классического наследия; «последним гвоздем в гроб конструктивизма». Дом на Моховой, изначально задуманный как своеобразный экспонат, должен был показать художественные возможности классики, причем практически оставаясь в рамках требований норм проектирования.

Профессиональное мастерство, культура и настойчивость автора доказали на этом примере жизнеспособность принципов классической архитектуры, ее красоты, неподвластные времени. Но для этого необходимо знать в совершенстве классику, не только понимать творческие принципы мастеров архитектуры прошлого, но и изучить приемы использования многих художественно-композиционных систем, например, ордерной системы.

Одним из первых сооружений «в стиле Жолтовского» в Ярославле стало здание, спроектированное архитектором С.В. Капачинским в 1936 году. Следуя социальному заказу и новым партийным установкам, он в короткие сроки создает проект жилого дома, построенного в 1937 году по улице Советской (д. 6). Для строительства было выбрано место, где ранее располагались две церкви Варваринского прихода 1668 и 1715 годов строительства, образовывавших ансамбль с храмом и колокольней Рождества Христова. Церковь Варвары Великомученицы, разобранная в 1931-1932 годах на кирпич, была активным композиционным элементом градостроительной ситуации. Являясь одной из высотных доминант двухэтажной застройки улицы Пробойной (ул. Советской), она одновременно акцентировала и завершала композиционную ось Варваринской улицы (ул. Трефолева). Поэтому дом, который проектировался на ее месте, своим силуэтом, объемным и пластическим решением должен был компенсировать композиционную утрату градостроительной структуры, что, в общем, удалось достигнуть не в полной мере.

С.В. Капачинский несколько иначе подходит к вопросу использования классического наследия при решении образа современного жилого дома в отличие от «мастера». Там, где Жолтовский пытается искусно скрыть семиэтажность дома на Моховой за счет высоких витражей, «растворения» окон шестого этажа во фризе энергично раскрепованного антаблемента, ограждения активной мощной балюстрадой верхнего этажа, вынесенного в аттик, читаемого вторым планом, Капачинский идет по противоположному пути. Он преднамеренно подчеркивает пятиэтажность своих домов с помощью равномерности распределения окон по плоскости всего фасада, создавая своеобразную модульную сетку, наложенную на стену с ордером. На первом и третьем этажах окна выделяются наличниками, таким образом, нейтрализуя жесткую монотонность перфорации стены.

При проработке объема здания С.В. Капачинский широко использует «отношения золотого сечения», принципы которого применяли в своих работах многие великие зодчие, в том числе Андреа Палладио. Отношение высоты проектируемого здания с балюстрадой к высоте колонны с учетом пьедестала равно 1,618. Основным средством художественной выразительности дома является тщательно продуманный и прорисованный ордер, представляющий собой комбинацию двух систем. Так, пьедестал, который приобрел упрощенный до предела карнизик (вместе с которым в высоту он равен модулю) и база колонны (в высоту равна 1/2 модуля, а выступ ее имеет 1/6 часть диаметра колонны) – от тосканского ордера, остальная часть – построена по пропорциям коринфского ордера. Расстояние между колоннами, которые в высоту имеют 9,5 диаметров (модулей), было принято 2,25 диаметра, что «особо было по нраву древним» (как утверждал Витрувий, а вслед за ним и Палладио).

Ствол колонны имеет упрощенный вид (без каннелюр), а коринфская капитель в высоту равна толщине колонны у основания и, сверх этого, увеличена на одну шестую, приходящуюся на абаку. В построении архитрава автор позволил себе отойти от строгого следования пропорциям, завещанных Палладио. Можно предположить, что множественное упрощение и увеличение высоты фриза были вызваны рациональностью размещения в нем и антаблементе в целом – ряда окон четвертого этажа. Однако, пропорции карниза, который состоит из восьми с половиной частей, похоже, безупречны и правильны. Все это свидетельствует о глубоком осмыслении автором творческого наследия, желании попробовать найти свой «рецепт» красоты современной архитектуры подобно творению «большого мастера», «испытать» себя на творческое мастерство.

Статуя
Каждый элемент, деталь усиливают общее композиционное решение: и слегка крепованный аттик верхнего этажа с завершающей его балюстрадой, и активная пластика сильно раскрепованного антаблемента и ордерного строя. Ряд крупно модулированных балконов с балясинами создают промежуточную горизонталь на третьем этаже. Четкая и тонкая разрезка на крупномасштабные «блоки», имитирующие камень, дополняет общее впечатление приемов палаццо. Как один из главных элементов здания строгая арка акцентирует центральную ось каждого из фасадов, подобно зданию Жолтовского. Но тема арки здесь активно поддержана арочной нишей со скульптурой, акцентирующей главную композиционную ось объема здания на углу – пересечении улиц Советской и Кедрова. Синтез искусств начинает завоевывать приоритетное положение в достижении образных задач архитектуры в данный период времени в стране, что видно на примере государственной библиотеки им. В.И. Ленина, строящейся в это время в Москве, а также на общих установках проектирования Дворца Советов, трактующегося как своеобразный пьедестал для скульптурного завершения.

Все это не могло не отразиться на творчестве и региональных архитекторов, которые равнялись на столичные образцы. Аллегорические статуи олицетворяли идеальные образы советских людей: рабочих, крестьян и интеллигенцию, т.е. советский народ в самом широком его понимании. Первоначально в эскизном проекте на фасаде здания по улице Советской образ рабочего с молотом (по-видимому, железнодорожника, судя по ведомственной принадлежности здания) предусматривалось разместить в двухэтажной угловой нише. Но уже на последующей стадии он был заменен на физкультурницу – женщину с мячом, напоминающую древнегреческую скульптуру, более созвучную по своей композиции и пластике общему стилистическому решению здания.

Здание не осталось незамеченным вследствие претенциозности своей концепции, отождествляющейся с домом И.В.Жолтовского. Обвинения в совершенно откровенном копировании здания на Моховой обрушились из средств массовой печати. В частности в «Архитектуре СССР» И. Сосфенов писал: «Разрешая свое здание в чрезвычайно напряженных пластических формах, С.В.Капачинский по существу предопределил неудачу оформления всей магистрали. По характеру планировки улицы ее центральная часть не может иметь доминирующего значения и по мере приближения к обеим площадям богатство трактовки зданий должно, очевидно, возрастать. Но при наличии столь преувеличенного пышного решения центральной части это нарастание должно привести к явно невозможному напряжению форм, неуместному с точки зрения подчиненного значения магистрали в генеральном плане города.

Так можно было бы решить разве только городской центр – улицу административных и общественных зданий, но отнюдь не жилой квартал. Чрезвычайная пышность декора в здании, построенном арх. Капачинским неуместна и с точки зрения образа жилого дома. Торжественная колоннада, созданная им, бесконечно чужда той интимной, радостной легкости, которую естественно ждать от жилого дома… Ложная торжественность и репрезентативность здания, наряду с игнорированием ансамбля, заставляют резко отрицательно расценивать это произведение…».

Положительным было то, что здание, так же как и дом на Моховой, не оставило никого равнодушным и понравилось заказчику и будущим жильцам. Его образ, ассоциирующийся с образом дворца, «идеального дома», с лучшей жизнью, которой достоин советский человек, вызывал положительные эмоции. Двухквартирная секция имела сквозное проветривание, двухстороннюю ориентацию, хорошие пропорции помещений и весь необходимый набор дополнительных помещений, который делал жизнь более комфортной и удобной. Причем, в структуре восьмисекционного здания предусмотрены все типы квартир, начиная от однокомнатной до четырехкомнатной, рассчитанные на разный состав семей.

Дом
В 1937 году было принято решение о строительстве еще одного такого здания на проспекте Ленина (д. 18), который должен был «окантовать» пространство квартала от проспекта Октября до Больничного переулка, продолжая формировать протяженную линию застройки одной из главных магистралей города и оформляя одновременно северную грань площади (им. Карла Маркса). Взяв за основу план дома по улице Советской, С.В. Капачинский фактически отобразил его симметрично с некоторыми нюансами в решении угловой части (из-за неравнозначного угла поворота здания), получив при этом более протяженный фасад, в котором две части соединяются дополнительной центральной вставкой. Здание стало состоять из семнадцати двухквартирных секций, идентичных первому зданию.

Образ этого дома в целом получился еще более монументальный, помпезный, по сравнению с предшествующим, вследствие своей протяженности, «бесконечного» повтора пластических мотивов и огромного количества (72!) полуколонн. Даже отсутствие балюстрады в качестве завершения здания ничего не изменило. Но в решении главных фасадов здания автор сумел лучшим образом, по сравнению с аналогом, решить проблему взаимодействия массы стены и пластических архитектурных элементов – полуколонн большого ордера за счет выделения последних белым цветом.

В здании на улице Советской, дом № 6 полуколонны имеют тот же цвет, что и стены, поэтому при восприятии фасадов хуже читается пластическое решение здания. Упругий ордерный строй гигантских колонн при фронтальном восприятии как бы «размывается», объединяясь в общую массивную и тяжелую стену, где выделяются только отдельные пятна деталей, например капители или балконы. По-другому решается образ идеального человека в скульптурах угловых арочных ниш. Автор привнес сюда гораздо больше романтизма, одев статуи в туники, как бы приближая их тем самым к образу древнегреческих муз – покровительниц искусств.

Скульптура
Эти скульптуры, благодаря своим пространственно-пластическим качествам способствуют формированию неповторимого облика Ярославля и являются активным средством художественного воздействия на человека, представляя собой своеобразную экспозицию города-музея. Строительство здания растянулось до 1940 года, в связи с грандиозностью объекта и его сложностью в реализации. В конечном итоге оно стало достойным сооружением своего времени, продиктовав новый масштаб застройки площади, улицы и города в целом, продемонстрировав собой новые возможности развития советской архитектуры, образ которой органично вошел в исторический контекст города.

Время расставило все на свои места и в решении ансамбля улицы Советской, который получился одним из самых значительных и торжественных в городе, обозначая и выделяя ее среди других улиц – как главную для проведения торжественных и парадных мероприятий. Облик Советской улицы резко изменился за 5-6 лет, когда был построен ряд крупных четырех- и пятиэтажных жилых домов, которые создали интересный ансамбль, удачно вписавшись в историческую застройку. И именно жилые здания составили основной фронт ее застройки, органично поддерживая и развивая тему «большого ордера», заявленную С.В.Капачинским.

Новый градостроительный ансамбль практически доказал несправедливость многих высказываний критиков, демонстрируя возможности неоклассики при проектировании не только общественных, но и жилых зданий.

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.